Работодатель проиграл в ВС РФ из-за смс об увольнении

Индивидуальный предприниматель, будучи работодателем, выявила недостачу в магазине, о чем сообщила работнику, после которого произошла конфликтная ситуация, в ходе которой работник ушла на больничный, а потом написала заявление об увольнении по собственному желанию.

Суд первой инстанции отклонил доводы работника об оказании давления на увольнение по собственному желанию со стороны работодателя (вынужденность увольнения), ссылаясь на:

• распечатку смс-переписки между сторонами. Текст переписки в первой инстанции не приводится, зато в апелляции да, а именно: «…после больничного, будь добра, прийти и написать заявление на увольнение», «Завтра надо написать заявление и принести больничный. Расчет сразу готов не будет…». Работодатель на это ответил, что это было продолжение разговора после озвученного истцом намерения уволиться по собственному желанию.
• доводы самого истца: увольняться не планировала, на иждивении находится дочь-студентка, является лицом предпенсионного возраста, работодатель угрожал уволить «по статье», осталась без средств к существованию, была вынуждена взять в долг для оплаты коммунальных услуг, покупки продуктов питания, лекарств, помощи дочери.

Суд первой инстанции принял сторону работодателя. Апелляционная — работника. Кассация – работодателя:

Истец 8 декабря 2019 г. высказала желание уволиться, снова подтвердила это желание 16 декабря 2019 г. в переписке с работодателем, написала заявление об увольнении ее с работы по собственному желанию у себя дома, подала это заявление 17 декабря 2019 г. работодателю и не отозвала его, встала на учет в центр занятости как безработная и получает пособие по безработице, и на отсутствие доказательств того, что работодатель вынудил подать заявление об увольнении по собственному желанию.

Верховный суд поставил точку в деле, признав увольнение незаконным, приняв во внимание смс-переписку:

Юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований истца и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: были ли действия истца при подаче 17 декабря 2019 г. заявления об увольнении по собственному желанию с той же даты — с 17 декабря 2019 г. — добровольными и осознанными; понимались ли истцом последствия написания такого заявления; по какой причине истец написала заявление об увольнении по собственному желанию, учитывая ее семейное и материальное положение.

Что хотелось бы еще сказать. В первой инстанции с истца, как с проигравшей стороны, были взысканы расходы на представителя, что запрещено статьей 393 Трудового кодекса РФ.

Также, работодателем следует помнить, что работник является более слабой стороной в трудовом правоотношении, поэтому его доказательства нередко оцениваются судом с учетом этого положения, ну, и следите за тем, что вы пишите. А так, истец молодец, не каждый дойдет до Верховного суда РФ.

Про увольнение многодетной матери, тоже решение ВС РФ, можно прочитать здесь

Определение Верховного суда Российской Федерации

от 17 мая 2021 г. N 11-КГ21-8-К6

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Жубрина М.А., Фролкиной С.В. рассмотрела в открытом судебном заседании 17 мая 2021 г. кассационную жалобу ФИО на определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 г., которым отменено апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г. и оставлено без изменения решение Лениногорского городского суда Республики Татарстан от 2 марта 2020 г. в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО,

по делу N 2-247/2020 Лениногорского городского суда Республики Татарстан по иску ФИО к ИП о признании незаконным увольнения, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Жубрина М.А., выслушав объяснения ФИО и ее представителя ФИО, поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу ИП и ее представителя ФИО, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей определение кассационного суда общей юрисдикции подлежащим отмене с оставлением в силе апелляционного определения суда апелляционной инстанции,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

ФИО 13 января 2020 г. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю о признании незаконным увольнения, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований ФИО указала, что с 2004 года работала продавцом в магазине «Дачник», с 1 февраля 2016 г. — на основании трудового договора, заключенного между ней и ИП. 1 февраля 2016 г. с ФИО также заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности продавца-кассира.

17 декабря 2019 г. под давлением работодателя ФИО была вынуждена написать заявление об увольнении с работы по собственному желанию с 17 декабря 2019 г.

Приказом ИП от 17 декабря 2019 г. N 14 трудовой договор с ФИО прекращен и она уволена с работы с 17 декабря 2019 г. по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

ФИО считает свое увольнение по данному основанию незаконным, поскольку подача ею заявления об увольнении не являлась добровольной, обусловлена исключительно оказываемым на нее моральным давлением со стороны ИП, требующей написать заявление об увольнении по собственному желанию после конфликтной ситуации, возникшей между сторонами по поводу недостачи в магазине «Дачник», выявленной работодателем без проведения соответствующей инвентаризации.

ФИО ссылалась на то, что она одна оплачивает обучение своей дочери в высшем учебном заведении, а заработная плата являлась ее единственным доходом. В результате незаконного увольнения она осталась без средств к существованию, в связи с чем была вынуждена взять в долг 20 000 руб. для оплаты коммунальных услуг, покупки продуктов питания, лекарств, помощи дочери. На момент обращения в суд ФИО так и не смогла трудоустроиться. ФИО обращала внимание на то, что она — лицо предпенсионного возраста (на момент увольнения ей было 53 года).

ФИО просила суд признать незаконным ее увольнение с работы с должности продавца магазина «Дачник», взыскать с ИП в ее пользу заработную плату за ноябрь 2019 год, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 17 декабря 2019 г. по дату вынесения судом решения, компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 5 500 руб.

Ответчик ИП в суде первой инстанции исковые требования не признала.

Решением Лениногорского городского суда Республики Татарстан от 2 марта 2020 г. в удовлетворении исковых требований отказано. С ФИО в пользу ИП взысканы судебные расходы в размере 7 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г. решение суда первой инстанции отменено в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании незаконным увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.

В отмененной части принято новое решение, которым признан незаконным приказ ИП от 17 декабря 2019 г. N 14 о прекращении трудового договора с по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, с ИП в пользу ФИО взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 72 571,42 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., расходы на оплату услуг представителя — 5 500 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г. отменено. Решение Лениногорского городского суда Республики Татарстан от 2 марта 2020 г. в части взыскания с ФИО в пользу ИП расходов на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб. отменено, в этой части принято новое решение об отказе в удовлетворении заявления ИП о взыскании расходов на оплату услуг представителя. В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, ставится вопрос о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены определения судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 г., как незаконного, и оставления в силе апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 4 февраля 2021 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Жубриным М.А. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 12 апреля 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, письменные возражения на нее ответчика ИП, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения, которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего дела кассационным судом общей юрисдикции были допущены такого характера существенные нарушения норм процессуального права, и они выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО с 1 февраля 2016 г. на основании приказа ИП от 1 февраля 2016 г. N 3 принята на работу в магазин «Дачник» на должность продавца, между сторонами заключен трудовой договор и договор о полной индивидуальной материальной ответственности продавца-кассира. Должностной оклад ФИО с учетом дополнительных соглашений к трудовому договору определен в размере 12 000 руб.

Согласно платежной ведомости от 1 декабря 2019 г. N 11 ФИО выплачена заработная плата за расчетный период с 1 по 30 ноября 2019 г. в размере 10 622 руб.

17 декабря 2019 г. ФИО подала заявление на имя руководителя магазина «Дачник» с просьбой уволить ее по собственному желанию с 17 декабря 2019 г.

В тот же день 17 декабря 2019 г. ИП издан приказ N 14 о прекращении трудового договора и об увольнении с работы с 17 декабря 2019 г. по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). В день увольнения (17 декабря 2019 г.) с ФИО произведен расчет, выдана трудовая книжка.

В судебном заседании суда первой инстанции 5 февраля 2020 г. ФИО пояснила, что 8 декабря 2019 г. между ней и ИП произошел конфликт по поводу недостачи в магазине «Дачник», выявленной ИП без проведения в установленном законом порядке проверки. ИП угрожая уволить ФИО «по статье» требовала, чтобы ФИО написала заявление об увольнении по собственному желанию, что и было сделано 17 декабря 2019 г. для того, чтобы не накалять ситуацию. Однако ФИО не имела намерений увольняться с этой работы, на которой она проработала более 15 лет без нареканий.

В подтверждение своих доводов ФИО представила в материалы дела распечатку ее смс-переписки с ИП.

Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований о признании незаконным увольнения по собственному желанию, суд первой инстанции исходил из того, что основанием для расторжения трудового договора послужило ее заявление об увольнении по собственному желанию с 17 декабря 2019 г., дата увольнения была согласована сторонами, следовательно, увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации произведено работодателем с соблюдением требований трудового законодательства.

Суд первой инстанции отклонил доводы в обоснование незаконности ее увольнения о том, что она под принуждением ИП и угрозой увольнения «по статье» была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию, сославшись на то, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие ее добровольного волеизъявления на увольнение и оказание на нее давления со стороны работодателя.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании с ИП в ее пользу заработной платы за ноябрь 2019 год, суд первой инстанции указал на недоказанность наличия у ИП перед истцом задолженности по заработной плате за спорный период.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении остальных исковых требований (о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов), признав их производными от основных исковых требований.

Суд первой инстанции с учетом заявления ИП о взыскании с истца судебных расходов счел возможным взыскать в пользу ИП расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб. исходя из сложности данного дела, принципа разумности и времени участия представителя в суде.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по апелляционной жалобе, не согласился с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований о признании незаконным увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов, отменил решение суда в этой части и в отмененной части принял новое решение, которым признал незаконным приказ об увольнении, взыскал с ИП в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда и расходы на оплату услуг представителя.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание положения Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации (подпункт «а» пункта 22 постановления от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»), исходил из того, что совокупность имеющихся в деле доказательств, в том числе представленная истцом в качестве одного из доказательств отсутствия ее добровольного волеизъявления на увольнение по собственному желанию и, как следствие, незаконности прекращения трудовых отношений смс-переписка между сторонами, наличие которой ИП не оспаривалось, а также объяснения истца, отрицавшей в ходе рассмотрения дела намерение на увольнение по собственному желанию ввиду нахождения на ее иждивении дочери-студентки и отсутствия иной оплачиваемой работы, позволяет сделать вывод о том, что у истца не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком, выступавшей, как следует из содержания смс-переписки, инициатором увольнения истца.

Суд апелляционной инстанции признал незаконным увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника), и с учетом заявленных требований, отсутствия намерения продолжать трудовые отношения с ИП в соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации ограничился вынесением решения о взыскании с ИП в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула.

Установив, что истец. уволена без законного основания, суд апелляционной инстанции удовлетворил требования о взыскании с ИП денежной компенсации морального вреда. Кроме того, суд апелляционной инстанции взыскал с ИП в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя. Ссылаясь на статью 393 Трудового кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие оснований для возложения на истца обязанности по оплате судебных расходов, понесенных ответчиком ИП.

Так как апелляционная жалоба истца не содержала доводов о несогласии с решением суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании заработной платы за ноябрь 2019 года и осуществление ответчиком спорной выплаты подтверждено материалами дела, суд апелляционной инстанции оставил без изменения решение суда первой инстанции в этой части.

Проверяя законность апелляционного определения суда апелляционной инстанции по кассационной жалобе ИП, кассационной суд общей юрисдикции признал выводы суда апелляционной инстанции о том, что у истца не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с работодателем, выступающим инициатором увольнения, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, сославшись на то, что истец 8 декабря 2019 г. высказала желание уволиться, снова подтвердила это желание 16 декабря 2019 г. в переписке с работодателем, написала заявление об увольнении ее с работы по собственному желанию у себя дома, подала это заявление 17 декабря 2019 г. работодателю и не отозвала его, встала на учет в центр занятости как безработная и получает пособие по безработице, и на отсутствие доказательств того, что работодатель вынудил подать заявление об увольнении по собственному желанию.

Приведя данные доводы, кассационный суд общей юрисдикции отменил апелляционное определение суда апелляционной инстанции и оставил без изменения решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании незаконным увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов, признав выводы суда первой инстанции об отсутствии нарушений со стороны работодателя трудовых прав истца правильными. В части взыскания с истца в пользу ИП расходов на оплату услуг представителя решение суда первой инстанции кассационным судом общей юрисдикции было отменено, поскольку истец как работник в силу статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации освобождена от оплаты судебных расходов.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы кассационного суда общей юрисдикции о законности увольнения истца сделаны с существенными нарушениями норм процессуального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый, второй и третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований истца и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: были ли действия истца при подаче 17 декабря 2019 г. заявления об увольнении по собственному желанию с той же даты — с 17 декабря 2019 г. — добровольными и осознанными; понимались ли истцом последствия написания такого заявления; по какой причине истец написала заявление об увольнении по собственному желанию, учитывая ее семейное и материальное положение.

Указанные обстоятельства были установлены судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела по апелляционной жалобе.

Суд апелляционной инстанции, исходя из регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации, на основании оценки совокупности имеющихся в деле доказательств сделал вывод о том, что у истца не имелось добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком, выступавшей, как установил суд апелляционной инстанции из содержания смс-переписки, инициатором увольнения истца, в связи с чем признал незаконным увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

Согласно части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, представлении, если иное не предусмотрено названным кодексом.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются (часть 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений производство в кассационном суде общей юрисдикции предназначено для исправления нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и (или) апелляционной инстанций в ходе предшествующего разбирательства дела, которые привели к неправильному разрешению дела и принятию неправильных судебных постановлений. Проверяя законность обжалуемых судебных постановлений, принятых судами первой и (или) апелляционной инстанций, кассационный суд общей юрисдикции осуществляет проверку того, вынесено ли обжалуемое судебное постановление с точным соблюдением норм процессуального права и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению по данному делу. Кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, то есть иная оценка кассационным судом общей юрисдикции доказательств по делу и установление новых фактов не допускаются.

Из содержания обжалуемого кассационного определения следует, что в нарушение норм процессуального закона (части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), не допускающих иную оценку кассационным судом общей юрисдикции доказательств по делу, кассационный суд общей юрисдикции при рассмотрении дела по кассационной жалобе ИП допустил переоценку установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, касающихся увольнения по собственному желанию, и сделанного на основании этих обстоятельств вывода об отсутствии у нее добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с работодателем (ИП) и, соответственно, о незаконности ее увольнения по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

Ссылаясь на те же фактические обстоятельства, которые были установлены судом апелляционной инстанции, кассационный суд общей юрисдикции сделал иные выводы в отношении данного спора, указав на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, при этом не привел в нарушение пункта 8 части 1 статьи 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо мотивов для такого вывода.

Ввиду изложенного определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 г. нельзя признать законным, оно принято с существенными нарушениями норм процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов истца, что согласно статье 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для его отмены и оставления в силе апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г., которым правильно разрешен спор по требованиям истца о признании незаконным увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 390.14, 390.15, 390.16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

определила:

определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 г. по делу N 2-247/2020 Лениногорского городского суда Республики Татарстан отменить.

Оставить в силе апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 г.